Наверх

Экспансия как свойство культуры


В Нижегородской филармонии рассказали о фестивале «Новые имена» и гастролях оркестра в Мариинке

Накануне двух фестивальных дней филармония собрала на пресс-конференцию журналистов, чтобы донести до широкой общественности информацию об уникальных и важных событиях в музыкальной жизни города и региона. Министр культуры Нижегородской области Сергей Горин, худрук и директор филармонии Ольга Томина, худрук и главный дирижер филармонического оркестра Александр Скульский, директор методкабинета министерства культуры Андрей Попов, без преувеличения, заворожили аудиторию своими речами, жанровый диапазон которых оказался безгранично широк – от мемуарно-хроникальных до философско-геополитических.
Одной из главных, наряду с общеизвестной музыкальной одаренностью российских детей и фанатичной преданностью любимому делу педагогов, прозвучала тема об экспансии русской культуры далеко за границы России, которую на протяжении более ста лет осуществляли великие музыканты и композиторы, а в наше время, среди прочих, и воспитанники нижегородской музыкальной школы. Словари определяют экспансию как «территориальное, географическое или иное расширение зоны влияния отдельного государства, народа, культуры или биологического вида», а значит, это одно из неотъемлемых свойств культуры. Потому что если она не расширяет зону своего влияния, преодолевая границы государств и передаваясь от учителя к ученикам и далее к слушателям, то неизбежно – угасает.
И эта культурная экспансия, во всех видах и масштабах, не прервавшись даже в самые суровые безденежные 90-е годы, в Нижнем Новгороде непрерывно набирает обороты.

Заколдованная сцена
Уже в 23-й раз в приволжской столице проводится фестиваль «Новые имена», в содружестве с одноименным общероссийским благотворительным фондом, созданным в Москве заслуженным деятелем искусств Иветтой Вороновой, которую с благодарностью вспоминают все причастные к этому уникальному проекту. На посту бессменного руководителя ее сменил Денис Мацуев, сам в юности ставший открытием и стипендиатом фонда, и такая преемственность поколений для проекта в порядке вещей. В частности, среди профессоров Нижегородской консерватории, которые в этом году вошли в состав жюри фестиваля, оказались и бывшие его воспитанники.

– Важно также, что с самого первого фестиваля нас всегда поддерживали Нижегородское правительство с губернатором, мэрия и много добровольных спонсоров-помощников, благодаря чему он был стабильным, – отметила Ольга Томина. – Губернатор Шанцев всегда лично патронирует фестиваль, и мы ему за это благодарны. Безусловно, такой проект не вырос бы на пустом месте – ему предшествовали концерты «Филармонии школьника», которые мы устраивали для лучших учащихся нижегородских музыкальных школ. Мне всегда было обидно, что московские дети к нам приезжают, а наших никто не знает, хотя они не менее талантливы.

– Действительно, эти концерты стали у нас проходить регулярно примерно с 1974 года, на 20 лет раньше самого фестиваля «Новые имена», – уточнил Сергей Горин. – Раз в году мы собирали наиболее талантливых нижегородских детей, при этом был жесточайший отбор. В тот момент Ольга Николаевна пришла как художественный руководитель работать в филармонию, и с этого все началось. Это была в основном ее инициатива.

За последующие годы в рамках «Новых имен» выступили 982 ребенка, из них десятки стали профессиональными музыкантами, которые работают не только в Нижнем Новгороде, Москве, но и за пределами России. На первом фестивале Нижний Новгород представляла единственная участница – хрупкая пианистка Галя Авдонина, а спустя годы на сцене Нижегородской филармонии зажглось бесчисленное количество звезд первой величины, сделавших здесь первые профессиональные шаги. Широкой публике, в том числе и в мире, более известны Евгений Брахман, Даниил Трифонов, Сергей Накаряков, Денис и Владислав Кожухины, Максим Емельянычев, Георгий Чхеидзе. Но десятки других, не менее талантливых воспитанников всегда в памяти организаторов фестиваля, которые помнят в подробностях путь к успеху каждого из них.

– Нашу сцену не случайно называют заколдованной, – говорит Ольга Томина. – Многие из тех, кто здесь начинал, сделали большую карьеру. Например, маленький скрипачонок из Киргизии Даня Казакович впервые выступил у нас как раз перед конкурсом «Щелкунчик». Мы ему сказали: «Все у тебя будет в порядке, не волнуйся, если ты здесь первый раз вышел на сцену». И действительно, его педагог позвонил нам через несколько дней и говорит: «Да, он взял премию». А сегодня Даня уже пишется на Deutsche Grammophon и имеет все возможные премии. Когда у нас спрашивают, как нам удается добиться переполненных залов на концертах, мы говорим, что все начинается с детей. Специалисты говорят, что 20 лет надо лужайку постригать, чтобы она стала настоящей английской. А мы почти 50 лет выращиваем свою публику. Многие из тех, кто сегодня переполняет наши залы, приходя как слушатели на разные программы и абонементы, учились в музыкальных школах, где проводятся концерты.

Система держится на любви
Нынешний год демонстрирует фантастическую динамику нижегородских рекордов и достижений «Новых имен». В фестивальном отборе участвовали 89 детей, из них были отобраны 33 нижегородца, которым составили компанию только 3 москвича. Разрослась география участников: шесть районов города и около десятка – области.

– Сельские районы выращивают своих музыкантов – это же для них свет в конце тоннеля, а не просто отчетный концерт, – делится восторгом Ольга Томина. – Все зажигают друг друга любовью к музыке – говорят, в музыкальные школы нынче даже прием увеличился. Многим школам присвоены имена великих музыкантов с нижегородскими корнями. Из поселка Выездного, например, приехала девочка-скрипачка из школы, которую назвали именем многолетнего начальника местного управления культуры Л.Н. Холод. Какие благородные, нравственные процессы идут – воспитание детей в памяти и уважении к наставникам.

– «Виновата» в этом вся система нашего музыкального образования, включая все крупные образовательные и культурные центры, – уверен Сергей Горин. – Ведь начиная с 1991 года правительство Нижегородской области и муниципалитеты сохранили все музыкальные школы, их даже прибавилось! А в некоторых других регионах, кстати, сократили их число. Наши власти понимали, что нельзя лишать людей образования, потому что все, что в ум вложено, убирается только вместе с головой. Отнять можно все, кроме этого. Более того, в начале 90-х конкурс в музыкальные школы резко увеличился. Причем процент детей из неполных семей в них был больше, чем в общеобразовательных школах. Видимо, родители понимали, что, оставшись без второй половины, самое большее, что они могли дать ребенку, – это образование. Важно также, что нижегородские музыкальные школы, училище, консерватория, оперный театр, филармония вырастили преподавателей, которые поехали, в том числе, и в райцентры, чтобы воспитывать детей. В этом весь секрет – чтобы все работали вместе, в содружестве. Эти люди сделали очень мощной нашу систему образования, которая сохранилась и воспроизводит саму себя много лет. И потом наши дети, приняв участие в «Новых именах», разъезжаются по разным странам, и через это осуществляется экспансия русской культуры на весь мир. И кстати, выступают они от имени нижегородской земли.

Но чтобы воспитать талантливого ребенка, педагог отдает всего себя. Дело в том, что в музыкальной школе дети занимаются по общей программе – специальность 2 часа в неделю по 45 минут. За такое время невозможно добиться нужного результата.

– Талантливый ребенок выбирает из педагога и энергию, и знания, заставляет работать с ним все больше и больше, – пояснил Сергей Горин. – И педагоги работают в итоге по четыре, по шесть часов в неделю, а оплачиваются только два. То есть они это делают за бесплатно. Каникулы, выходные, лето, конкурсы – все это время работы, не отдыха. Эти педагоги – настоящие фанаты, высоконравственные, высокогуманные. И это передается детям – они вырастают такими же. И позднее, если надо, играют бесплатно, встречаются с детьми на мастер-классах. Эта традиция – тоже достояние нашей культуры. Никогда отказа нет – ни у кого.

«Картинки» удивили Мариинку
И напоследок собравшиеся на пресс-конференцию журналисты узнали от Александра Скульского о недавней экспансии оркестра Нижегородской филармонии в Санкт-Петербург, в Мариинский театр, по приглашению самого маэстро Валерия Гергиева. Для оркестра концерт 29 октября стал первым в новом Концертном зале Мариинки. Вместе с Екатериной Мечетиной нижегородцы исполнили «Картинки с выставки» М. Мусоргского в оркестровке Л. Стоковского, Концерт № 2 для фортепиано с оркестром К. Сен-Санса и сюиту из оперы «Кавалер розы» Р. Штрауса. Дополнил программу вокальный цикл «Детская» Мусоргского-Щедрина в исполнении солистки Мариинского театра Анастасии Калагиной.
Александр Скульский с восторгом отозвался о превосходном зале Мариинки, максимальном гостеприимстве петербуржцев – редко где встретишь такое в чужом городе и чужом концертном зале. Публика была заинтересованная, открытая новому, не высокомерно-столичная по отношению к провинциалам, – в искреннем восторге от того, что услышала. И здесь нижегородская тема неожиданно ярко раскрылась – дирижеру приятно было увидеть в артистическом фойе, среди множества фотографий выступавших в Мариинском знаменитостей – Хворостовского, Нетребко, Доминго, портрет земляка и, кстати, стипендиата «Новых имен» Даниила Трифонова. Нижегородкой по происхождению оказалась и Анастасия Калагина, с отцом которой Александр Скульский учился в Нижегородской консерватории. Ее исполнение «Детской» маэстро назвал гениальным. И не без гордости рассказал, как оркестр филармонии удивил музыкантов Мариинки и самого Гергиева.

– Дело в том, что Мусоргский для Мариинского композитор номер один из русской классики. Все, что он написал для театра, здесь ставят во всех редакциях, какие существуют. Например, опера «Борис Годунов» имеет несколько редакций – авторских, Римского-Корсакова, Шостаковича и т.д. Музыканты на теме выбора десятки диссертаций написали, а Гергиев решил проблему с гениальной простотой: ставить во всех редакциях! Когда я сообщил ему, что мы сыграем «Картинки с выставки» в редакции Стоковского, он с удивлением сказал: «А мы ее не играли». Хотя, по его же словам, это был очень крупный деятель музыкальной культуры. С оперой «Кавалер розы» у нас тоже получилось неожиданное совпадение. Гергиев ставит оперы Рихарда Штрауса подряд, спектакль за спектаклем, хотя они в России не то что подряд, а изредка, штучно не идут. Мы еще весной сообщили ему, что сыграем сюиту из «Кавалера розы». Приезжаем, а оркестр Мариинки репетирует оперу сейчас. Система работы у них такая: сначала готовят концертное исполнение, то есть оркестр, певцы, хор осваивают материал. Потом делают постановку, и концертная заготовка превращается в спектакль. В результате они исполнили первый акт оперы в два часа, а в семь часов мы – сюиту. Получились две премьеры на одной сцене. Но когда накануне музыканты оркестра Мариинского театра с удивлением узнали, что мы играем эту сюиту и «Картинки с выставки» в неизвестной им редакции, они остались на репетицию, не ушли из театра. Это наполняет нас чувством радости. Мне нравится, что между Петербургом и Нижегородской филармонией складываются многообразные, успешные, творческие взаимные связи. Учитывая, что кроме ежегодного Пасхального фестиваля маэстро Гергиева у нас несколько раз в году выступают музыканты Санкт-Петербургского дома музыки и его основатель и худрук Сергей Ролдугин.

Светлана Высоцкая